источники внутренней силы

ИСТОЧНИКИ ВНУТРЕННЕЙ СИЛЫ

Источники внутренней силы — наш парадоксальный капитал, с которым мы, по большому счету, не знаем, как быть. А между тем их много, и они разные. Скоро нас ждет выход в пост-коронавирусный, изрядно перетертый мир. Скорее всего, мы будем воспринимать многие вещи как откат назад. Но есть масса причин воспринимать как новый старт, даже если все говорит об обратном. Иммунитет, высокая выносливость, внутренняя гибкость и адаптивность, оптимистический настрой и новые знания об источниках внутренних сил помогут прорваться на новые уровни даже в сложные времена.

Наука о переменах  напоминает — в сложные, хаотичные времена гораздо легче подниматься наверх. Потому что на какое-то время вступает во власть  хаос с креативным и созидательным «лицом» (другое лицо — разрушения). Появляются новые возможности начать с нуля что-то новое, потому что все ждут чего-то нового. Идет быстрый процесс переформатирования новых устоев деловой жизни.

Чтобы возник старт, нужно сгенерировать в себе новое восприятие жизни, отвагу, быструю догадливость относительно новых раскладов пост-пандемийной жизни, и открытость новизне.  

Новостей об источниках внутренней силы набежало немало. Как всегда — от знаменитых научных команд, которые успели опубликоваться в лучших журналах. Источники внутренней силы — предельно актуальная тема для многих. Ее невозможно даже в нескольких постах раскрыть! В сконцентрированном виде я постаралась собрать их в простую (но не упрощенную) систему.

Давайте смотреть.

Источники внутренней силы можно осваивать:

  • Классическим путем — постепенным и растянутым по времени, линейным. С  преодолением инертности и массы разных преград.
  • Новым — быстрым и скачкообразным. Этот путь дает колоссальные преимущества для тех, кому необходимо было еще «вчера» достичь результатов, причем выше средних. Быстрый — не означает — легкий и поверхностный. Из-за своего новаторского подхода он может показаться слишком экстраординарным. Но, где вы видели новаторские вещи, которые бы вначале не выглядели как «too much» и «не может быть!».

Как вы догадались, мне интересен путь новизны. Сегодняшняя новизна в источниках внутренней силы позволяет сотворить: «из маленького — большое», «из незначительного — значимое», из «уязвимого — неуязвимое», из малопривлекательного — магнетическое, и т.п. Из слабого иммунитета сделать сильный, из средней жизни — длинную, из унылой карьеры — слепить блестящую, из безволия — сильную волю, из вызова — возможность и т.п.

Конечно, о таком подходе знали давно. Но именно сейчас он стал востребованным горячим «пирожком» среди несвежей и не питательной «еды».

Вот что делает с нами наше измененное восприятие. Допустим, мы поставили перед собой задачу отвоевать «молодой» иммунитет и молодой сон, молодую стройность с тонусными мышцами и прокачать креативностью мозг. Без стопроцентного ЗОЖ (а не его разбавленных версий) — это невозможно. Но переход именно к стопроцентному ЗОЖ — та еще битва.

Описание: C:\Users\пр\Desktop\be.tif

Самое сложное — расшатать и разрушить в своем мозге «окаменевшие» нейронные «тропинки» (медленно убивающие нас привычки). Это больно, дискомфортно и изматывающе. Прокладка новых нейронных тропинок (здоровых привычек), по разным оценкам, занимает 45 дней (плюс/минус), если мы двигаемся классическим путем. При этом нужно понимать, что будут непременные откаты назад. Где здесь источники внутренних сил, которые помогли бы не откатываться назад, устоять? Только одна неустойчивая мотивация на «слабых ножках». Откатов, как правило, бывает несколько. Значит, процесс затягивается на месяцы. А если он накладывается на рабочие авралы, командировки, напряженные моменты в отношениях и другие сложности жизни — мы понимаем всю труднодоступность этой задачи.     

ОБОЙТИ «БИТВУ»

В новаторском пути мы обходим битву стороной. Здесь есть, конечно, свои трудности, но они выглядят иначе. Новые нейронные тропинки в мозге (новые привычки и способности) возникают буквально молниеносно. Старые нейронные дорожки уступают свое место новым без боя. В этом подходе заложены новые знания о квантовых «прыжках». Синапсы, промежутки между нейронами мозга проводят сигналы с помощью ионов (частичек атомов). Ионы работают по законам квантовой физики. Наше измененное восприятие позволяет перепрыгнуть время и тяжелый процесс. Измененное восприятие помогает  осваивать сложные и «неподъемные» дела легко и с ветерком, потому что часто приходит особенная радость — вместе они составляют первый пласт источников внутренних сил.   

Как поменять восприятие и сгенерировать «особенную» радость, — отдельная большая тема.

Измененное восприятие вводит нас в ЗОЖ совершенно по-другому. В начале дня мы заходим на свою кухню, не как на кухню. Мы заходим в персональную супер-лабораторию, где будут готовиться уникальные снадобья. На минуточку, эти снадобья в вашем организме запускают такие процессы, какие ни одна научная лаборатория мира пока не может предложить ни за какие деньги.

Это не самовнушение, не работа с установками, а спокойная и глубокая уверенность, которая опирается на неопровержимые научные факты. За этими фактами стоят годы и десятилетия напряженной работы лучших ученых мира. На их исследования потрачены миллиарды долларов за все это время. Самовнушению и манипуляцией установками здесь делать нечего!

Например, кабачок или рыба для нас в новом раскладе  — прежде всего, элементы, которые запускают в нашем организме космические процессы. И это не образное сравнение, а реальность, потому что мы добрались до неосознаваемого раньше уровня. На этом уровне осознания мы управляем каскадами «чудес» на клеточном уровне.

Будем ли тратить массу времени в этой лаборатории на создание «клеточного мусора» (больших объемов еды на два дня)? Ни в коем случае! Еды должно быть не много. Она должна быть свежей, максимум до вечера. Лишняя еда — не что-то безобидное и даже не лишние килограммы, а клеточный «мусор», атакующий иммунитет, открывающий вход массе болезней и преждевременному дряхлению.

С новым восприятием нам и в голову не придет заправиться хоть чем-то в промежуток между 19.00 вечера и 9 утра. Потому что мы знаем — за это время с голоду мы не умрем, и даже не обессилим, а только прервем самый дорогостоящий процесс в организме. Какой-то условной плюшкой мы сорвем уникальный процесс самоочищения и самовосстановления своих источников внутренней силы. Мы сорвем укрепление иммунитета, ослабим гомеостаз,  и приведем в дисбаланс массу жизненно важных показателей.

Из личного опыта. На протяжении многих лет я так живу. И если в самом начале я без усилий, но все же контролировала этот режим, то сейчас налаженный источник внутренней силы, с природой трансцендентной мотивации выключает всяческое желание хоть что-то проглотить, за исключением одного-двух стаканов чистой воды. Сам организм отказывается что-то принимать.

И еще — мы все это делаем не потому, что стремимся достичь впечатляющей, моложавой внешности и выносливости, а, следовательно, всех бонусов, которые она дает. Такая примитивная задача не откроет трансцендентный источник внутренней силы, не поднимет трансцендентную мотивацию (чрезвычайно редкий вид мотивации). А потому, что мы принимаем участие в торжестве раскрытия своего потенциала силой, помогающей нам как бы со стороны — возникшей само-раскручивающейся спиралью (наука о сложных системах).

Конечно же, впечатляющая моложавая внешность будет непременным «побочным» эффектом нашего фокуса на более глубоких уровнях себя, чем просто внешность и даже иммунитет. Работая на своем клеточном уровне, мы сразу охватываем и активируем массу факторов: гомеостаз, креативность мозга, и даже отвагу, и способность улавливать «невидимые» уровни реальности. Мы начинаем видеть ритм смерти и жизни в своем теле и воспринимаем его правильно. Ведь каждую минуту в нашем теле умирают изношенные и мутировавшие клетки  и рождаются новые. Клетки общаются между собой, обмениваются разной информацией, помогают другу другу, работают в командах, сражаются и оценивают степень победы или поражения… И все это — без нашего участия!

Наша невероятная биология нам подсказывает, что и у нас в голове и сердце есть свои невероятности. Например, «особенная» радость. Какая разница между «особенной» радостью и «обычной»?

 «ОБЫЧНАЯ» РАДОСТЬ

Обычную радость нам поднимают 4 «гормона счастья» (нейромедиаторы). А точнее — наш мозг синтезирует: дофамин, эндорфин, окситоцин и серотонин. Коктейль такой гормональной радости готовится в маленьких отделах мозга: гиппокампе, миндалевидном теле, гипоталамусе и гипофизе. Внимание: адреналин не входит в эту «радостную» группу.  

Эта четверка постоянно качает нас на «волнах». У каждого из нас уровень «гормонов радости» то поднимается, то падает. Вот какое событие неожиданно превзошло наши ожидания, и дофамин нас залил до пределов. Мы взлетаем до небес! Вот всегда бы так! Но, увы, мы очень быстро спускаемся с небес, вместе с уровнем «радостных» гормонов до следующего приятного случая.

А вот как выглядит «анатомия» радостных гормонов.

Дофамин. Заливает нас чувством радости, когда мы нашли что-то важное для нас, — нужный «пазл» для полной картины счастья. В разное время это бывает разное: новые чувства, новые места, новые впечатления, новые возможности для улучшений… В какой-то момент дофамин нам говорит — «хватит», и мы гаснем.  

Эндорфин. «Лечит» легкой эйфорией, когда мы ушиблись, сломались, поранились… Маскирует боль на короткое время. Первый шок от боли (телесной и ментальной) мы не воспринимаем, потому что эндорфин заботливо позволяет нам отползти, спрятаться в безопасном месте. Подготовиться к «зализыванию ран» телесных и душевных. Действие эндорфина быстро падает, потому что у боли есть предназначение — сигнализировать, что сейчас нужно заниматься только собой. Если бы уровень эндорфина был всегда на высоте, это бы «убило» нас.

Окситоцин. Мотивирует искать свое «братство» предвкушением встреч. Мы изнываем в одиночестве. Звоним друзьям, назначаем встречи близким и мчимся за тридевять земель, чтобы «выпить» хорошую порцию окситоцина. С этим ничего не может сравниться! Вряд ли есть разница между молодыми и возрастными тусовками. У меня есть масса детских воспоминаний, когда мою бабушку навещали ее возрастные друзья. Я попадала в очарование этой тусовки, с ее юмором, оживлением, смехом и впечатляющими историями. Кстати, есть хорошие репортажи о традиции пожилых окинавцев (долгожителей №1 на планете). Они каждый день непременно, просто непременно встречаются после обеда для ритуалов радости. Это один из важных «пазлов» их красивого долголетия. Выйти замуж и в 90 лет за своего ровесника/ровесницу для них — норма. Дети и внуки только приветствуют такой побег из одиночества! Окситоцин для всех возрастов окрашивает мир в яркие краски. Но через какое-то время его уровень падает до следующих встреч.    

Серотонин. Накрывает радостью, если кто-то «звездный» обращает на нас внимание. И уж совсем «сходим с ума», если приглашает нас встречу. Когда-то у меня была приятельница, которая реально потеряла сознание, когда ее тогда еще только статусный знакомый, а впоследствии муж, позвонил, чтобы пригласить к себе в Прагу на Рождество. Потребовалось некоторое время, чтобы поднять ее на ноги. Конечно, далеко не всех серотонин так прикрывает, но однозначно мотивирует подниматься до уровня знакомых статусных персон. Мы стремглав бросаемся улучшать свой имидж, прокачивать интеллект и продумывать новые карьерные треки. Но серотонин не такой простой. Ему поручена задача еще и спасать нас от нас самих же. Серотонин заставляет нас сравнивать себя с другими, чтобы мы не вступали в конфликты, где выигрыш будет не на нашей стороне. Когда мы начинаем осознавать, настоящий расклад сил, мы остываем и отступаем, чтобы не потерять лицо, ресурсы, или даже жизнь.

Обычная радость раскрашивает для нас мир волшебством, «омолаживает», подбрасывает до небес, зажигает, переполняет чудными состояниями. Но все же, она — не тот источник внутренней силы, который даст силу осваивать что-то масштабное, сложное и неизвестное. Удержать гормоны «обычной радости» на высокой волне — невозможно. Они быстро расщепляются. Да и не нужно, потому что это опасно. Разве что единственное исключение, когда можно безопасно стимулировать «гормоны радости»  —  это слушать любовные мелодии, баллады или просто романтические музыкальные композиции.

Описание: C:\Users\пр\Desktop\нан.tif

МОЗГУ ПОЗАРЕЗ НУЖНЫ ГОРМОНЫ «НЕ-РАДОСТИ»

Парадокс в том, что «гормоны радости» не работают без гормонов «не-радости», в частности — кортизола. Так мы устроены! Если бы наши «гормоны радости» не снижались, мы были бы в беде. Мы не могли бы ни на чем сконцентрироваться и решать жизненные задачи.

«Гормоны не-радости» — наша спасительная сигнальная система, что что-то идет не так. Речь не о том, когда кортизол постоянно высокий, и это медленно нас «убивает», гасит, старит. В данном случае у кортизола есть спасительная миссия  — одергивать нас, чтобы наши «гормоны радости» не отключили бдительность, и мы не пропустили опасность. Мозгу позарез нужны «гормоны не-радости». Кортизол мобилизует, готовит нас к преодолению, заставляет предпринимать экстренные меры.

Кортизол «тормошит» нас явно и неявно. Иногда мы видим опасность четко, а иногда не так все очевидно. Что-то смутное гложет нас — все еще хорошо, но мы чувствуем — что-то не так. Это кортизол включил наше внимание — «Надо осмотреться!». А еще, помимо осторожности,  кортизол помогает проявлять смелость, максимально приблизиться к потенциальной угрозе и изучить ее. И это бесценная роль кортизола. Потому что, приближаясь к неопределенности, мы получаем дерзость изучить ее, чтобы сделать шаг в развитии.

НЕПРОГОВАРИВАЕМЫЕ СОСТОЯНИЯ

«Особенная радость» не регулируется гормонами и физиологией вообще. Чтобы она начала хотя бы иногда посещать нас, нужно воспринимать себя как особенную ценность в «глазах» Творца и Вселенной. Такая «ценность» не может быть без самоуважения (не путать с превозношением, гордостью, завышенным чувством собственной грандиозности и т.п.). Самоуважение как осознание своего духовного статуса и своей бесконечности.

Описание: C:\Users\пр\Desktop\вав.tif

Если «глаза» нашего восприятия открыты, мы сможем в «конечном» увидеть «бесконечное». Мы по-новому смотрим на себя, воспринимаем себя, если не боимся сталкиваться с неопределенностью, рисками и чем-то, что сбивает с толку. Именно так идет развитие, так раскрывается наш потенциал. Одной ногой мы стоим в известном и привычном, а другой делаем шаг в неизвестное, в то, что пока в «тумане». И самое лучшее, что с нами может произойти, если мы сделаем этот шаг добровольно, а не под принуждением проблемы. Потому что только наше добровольное решение двигаться дальше, в неизвестное награждает нас экстраординарными состояниями, включая «особенную радость», которая позволяет не бояться и на позитиве осваивать новые места сил. Внутри каждого из нас есть скрытый импульс, который влечет к тому, что мы пока не понимаем, к аномальному, к «невозможному». Он возникает в нашем внутреннем «аппарате», который помогает догадываться, улавливать, постигать то, что мы не понимаем. Когда это состояние нас захватывает нас, — мы замираем. Мы не можем смотреть на жизнь и на себя как раньше.

«ЭФФЕКТ ОБЗОРА» И КОСМОНАВТЫ

Есть такое необычное состояние, которое хорошо изучено учеными — «эффект обзора».  Первым его объяснил ученый Фрэнк Уайт: «Это духовный, трансцендентный феномен — новое восприятие связности всех вещей и оценка хрупкости жизни в состоянии космонавтов, когда они выходили в открытый космос».

Космический полет и духовность — сочетание, кажущееся несочетаемым, но только для тех, кто не в теме. Вы удивитесь, если узнаете, что есть масса интервью и статей (на анг. языке) на эту тему. В России эта тема также — не табу, но освещена заметно меньше. Космонавты не стесняются говорить о своем трансцендентном опыте:  «Когда видишь космос и землю со стороны, понимаешь, что это создано высшей мудростью, любовью и утонченным вкусом невероятной красоты. Это вызывает трансцендентный трепет!», — наиболее частое замечание людей, которые не боялись перешагнуть черту жизни.

Почти все космонавты живут с осознанием ежеминутной встречи с вечностью, поскольку  любая незначительная ошибка может стоить жизни. А это постоянная духовная работа и фокус на вечности. 

Борис Раушенбах. Всемирно известный физик, один из основателей космонавтики. Создал научную школу космической навигации, разработал системы управления космическими аппаратами «Луна», «Венера», «Восток» и орбитальной станцией «Мир». В конце жизни начал изучать пространства иконы и математических моделей, объясняющие Троичность Бога. Это было не случайно — к новым научным интересам ученый пришел через работу над оптикой космических аппаратов.

Эдвин Олдрин: «Бог раскрывает себя в пространстве, когда смотришь на Вселенную не с Земли. Экстремальные профессии заставляют по-другому смотреть на жизнь и на Бога. Мы не ощущаем противоречий между освоением космоса и верой в Бога. Запредельный риск что-то делает с нашим внутренним миром. Он открывает «глаза души».

У российских космонавтов со времен Юрия Гагарина есть традиция: перед отлетом экипаж посещает Троице-Сергиеву лавру, и только потом уезжают на космодром Байконур. Все четко соблюдается и по сегодняшний день.

Алексей Леонов: «Без веры в нашем деле трудно. Я был потрясен, прочитав Библию. Выйдя из корабля, я вдруг подумал: “Человек — песчинка, но разум этих “песчинок” позволил мне оказаться среди звезд. Это была действительно божественная картина. Звезды были везде: вверху, внизу. А подо мной плыла Земля”.

Георгий Гречко: «Почему я верю? Потому что во время войны я надеялся только на Бога. Могу сказать, что тогда практически все были верующими».

Валерий Корзун: «Осознать бесконечность Вселенной и себя на Земле, невозможно, потому что все это представляется абсолютно нереальным. Но когда видишь все собственными глазами, становится страшно от осознания, насколько ты песчинка во Вселенной. Тем не менее, являясь творениями Божиими, мы что-то из себя представляем, и для чего-то были созданы…»

Юрий Лончаков: «Человек, который допускается до полета, переживает непередаваемые ощущения счастья. Ты понимаешь, что сам, без помощи Божией, не смог бы этого достичь. Вера в Бога вливает огромные силы, вдохновение на эту опасную работу. Впервые я целиком прочитал Библию на орбите».

Фрэнк Борман. Командир экипажа «Аполлон-8» во время выхода на связь с Землей позволил каждому участнику экспедиции читать отрывок из первой главы библейской Книги Бытия, потому что у них возникла такая необходимость.

Юджин Сернан: «То, что я увидел, было слишком великолепно, чтобы описать словами. Все было слишком логично. В этом был замысел! Это было слишком прекрасно, чтобы быть случайным». 

Джон Гленн: «Смотреть на Вселенную и плывущую в ней нашу планету, и не верить в Бога, — невозможно».

Нил Армстронг: «Мы чувствовали Бога рядом. Он отвечал на молитвы. Мы не потеряли ни одного человека. Пространство заставляет нас чувствовать себя маленькими, но значительными, и соединяет нас с трансцендентным».

Ламберт Дольфин: «Как физик и ученый, имеющий дело с атомом и пространством, я поражаюсь строгой закономерности, на которой зиждется Вселенная. От атома до галактик  она подчиняется некоему чрезвычайно сложному механизму, который действует с поразительной точностью, согласно многочисленным законам и правилам».

Вернер фон Браун (врач, отвечающий за здоровье космонавтов): «Посмотрите на феноменальное устройство своего тела! Оно не возникло случайно».

Джефф Уильямс: «Я не нашел противоречий между подлинной наукой и Писанием. Во всех случаях, где присутствовал конфликт, это не был конфликт с наукой, а конфликт с предубеждением. Если кто-то считает, что наука находится в конфликте, например, с первыми главами Книги Бытия, это не наука, это — предубеждение».

Джеймс Ирвин: «Я верю, что Бог послал меня на Луну, чтобы я мог вернуться на Землю и рассказывать о внутренних озарениях, новом восприятии Бога-Творца и о Его Сына, Иисуса Христа. Крайне важно признать Творца этой великой планеты и той вселенной, в которой она существует. Ведь Он создал законы науки, с помощью которых стали возможны путешествия в космос».

Джон Стаут. Ученый из НАСА для Программы «Меркурий» сформировал христианский корпус астронавтов. Стаут был миссионером и преподавателем естественных наук в университете при НАСА. Как часть условий его работы, Стаут попросил НАСА разрешить ему продолжить служение в церкви в качестве священника.  

Из команды «Аполлона» 29 астронавтов были глубоко верующими людьми.  

Майк Гуд: «Идти к стартовой площадке — все равно, что выходить на линию фронта. Там  почти нет атеистов, как и панели запуска».

Джин Сернан: «Только Бог мог создать такую красоту и совершенство вселенной. Слишком много целей, слишком много логики. Это выглядит слишком красиво, чтобы быть  случайным. Должен быть кто-то больший, чем все на свете, в духовном смысле».

У российских и американских космонавтов непременно есть свои духовники. Они не видят противоречий между космонавтикой и верой. Духовник российских космонавтов говорит: «Между монахами, авиаконструкторами и космонавтами есть много общего. Космонавты летают через первое на второе небо, но к третьему небу они подняться не могут, потому что это духовный мир. Туда ракеты не летают. Туда можно подниматься только чистым сердцем».

Читать