close
Антиэйджинг

Антиэйджинг & Молодость как неистребимая привычка

pic000124382

«Антиэйджинг — новое и экстравагантное медицинское направление, для экстравагантных людей», — такое обобщенное мнение я услышала от разных людей, у которых выясняла: «Что они знают об антиэйджинге?».

В представлении большинства людей, места самого продвинутого антиэйджинга это — Лос-Анжелес и Нью-Йорк — столицы  инновационного омоложения. Здешний антиэйджинг гламурный, блестяще упакованный, в чем-то высокомерный, слегка циничный, во многом экспериментальный. В этой части мира все напоказ, динамично, сексуально, всеохватно, запредельно. Антивознастные технологии перестают быть чисто женской «страстью» и осваиваются мужчинами.

Взять хотя бы Рея Курцвейла (68 лет)— известного ученого, футуролога и технического директора Google, принимающего 100 разных таблеток в день, чтобы минимизировать негативные эффекты старения. В их числе: метформин, замедляющий старение и радикально уменьшающий риски заболеть раком; фосфадилхолин положительно сказывается на работе внутренних органов и делает кожу упругой, коэнзим Q10, а также био-идентичный заменитель мужского полового гормона тестостерона.  Кроме этого Рей сделал поистине экстравагантный шаг — заключил контракт с компанией Alcor Life Extension Foundation, которая в свое время заморозит его тело до того момента, пока не наступит радикальный прорыв в медицине, способный его оживить и омолодить уже на новом уровне.

Курцвейл не единственный поглотитель таких антиэйджинговых «коктейлей». Так, известный бизнесмен Питер Тиль (48 лет) официально заявил о намерении дожить до 120 лет. Для этого он ежедневно принимает гормон роста соматропин, занимается спортом, придерживается жесткой системы питания. А миллиардер Руперт Мердок (85 лет) также постоянно держит руку на пульсе новейших антиэйджинговых разработок, ведь в этом году он повел под венец новую жену.

При этом ученые предупреждают, что такая антиэйджинговая терапия —  по-прежнему высокий риск. Исследователи все еще ничего не могут сказать о побочных результатах такого омоложения. Тем не менее, мужская часть респектабельного западного мира привыкла рисковать. Мир большого бизнеса воспринимает риск как непременную часть успеха. Внешний антиэйджинговый лоск в XXI веке серьезно укрепляет статусность, чего не было в прошлые годы. Американцы достаточно экстравертно относится к своей ежедневной антиэйджинговой практике, открыто делятся нюансами, сверкают ослепительными улыбками, играют мышцами, демонстрируют «молодую» прыть. Что уж говорить о женской части!

Люди из «другой вселенной»

Но, есть радикально другой антиэйджинг. И он стопроцентный! При этом впечатляющий, но тихий, феноменальный, но скромный, чуть-чуть аскетичный и, и вы не поверите — любовный! Это антиэйджинг «потока»!

«И где такое «счастье» водится?» — с изумлением  спрашивает меня сотрудница влиятельного рейтингового агентства, где проводится опрос. Я пытаюсь отшутиться и вдруг замечаю, как в огромном open space повисает тишина — десятки пар глаз взяли меня на мушку, дела «замерли» — они в вопросе!

Молодые, амбициозные мужчины и женщины, которые ни перед чем не остановятся, чтобы быть лучшими во всем, и в плане долгой свежести также. Не просто так они вкладывают в свое развитие, в свой всесторонний апгрейд, чтобы быстро «отцвести», сойти типично по возрастному с карьерной дистанции, как предыдущие поколения. Я всего лишь употребила ключевое слово их ментального «языка», за которым стоит неуловимое и вожделенное состояние, антиэйджинг — только часть этого состояния. И я понимаю, что так просто они меня не отпустят.

Есть такое уникальное явление — когда «критическое количество» людей с определенными качествами собираются вместе и возникает мощный поток силы, который постоянно генерирует необычную среду. Этот поток силы преображает место, где эти люди живут. Такие потоки силы могут быть как разрушительными, так и созидательными.

В позитивном антиэйджинговом плане на земле есть несколько таких экстраординарных мест, где внутренние биологические часы людей подчиняются особенным ритмам, они идут по-другому. Я называю такие места — рафинированные пространства.

Здравствуй, Окинава!

«В 70 лет ты еще молод, в 80 — все еще молод,  90-летний возраст — пока не серьезно, а 100-летний юбилей — можно отмечать как серьезную отметку» — говорят на японском острове Окинава. Конечно, окинавцы, как и все люди стареют, но их программа старения сильно отличается даже от японцев, не говоря уже об остальном мире. Окинавцы стоят на первом месте в мире по продолжительности жизни. Здесь самая высокая в мире концентрация людей, перешагнувших столетний юбилей. К тому же они не почти не болеют. Болезнь Альцгеймера, инсульт, рак и другие болезни практически обходят их стороной. А физические и когнитивные способности 80-летних мало отличаются от 40-летних. Это касается и уровня эстрогена и тестостерона.

Что за этим стоит?

Климат (как допускают многие)! Он здесь «райский», как на рекламе «Баунти», белые пляжи, бирюзовое море… Но, ведь есть острова с не менее комфортным климатом, и побогаче Окинавы (на минуточку — до сих пор Окинава является самой бедной префектурой Японии) во всех отношениях. Взять те же американские Гаваи! Но на прекрасных Гаваях помимо океанических теплых волн, людей накрывают и «болезни богатых» — кардио-сосудистые, онкологические и другие болезни пресыщенной жизни. Статистика — вещь неумолимая.

Поэтому на Окинаву каждый год приезжает масса ученых с разных стран изучать феномен жизнелюбивых прабабушек и прадедушек, которые живут долго, самостоятельно и осмысленно. Здесь даже есть специальный департамент «по долгожителям», где на каждого человека заведено «антивозратсное дело», конечно с позитивным акцентом «героя» — история здоровья и другие особенности. Окинавцев это не напрягает, они рады помочь науке и собственно нам.

Как живут? Не типично для современного скоростного и высокотехнологичного мира. Беспрецендентый антиэйджинг окинавцев укладывается в пять фишек:

  • Очень-очень здоровое питание
  • «Танцующее» время
  • Безстрессовость
  • Физическая активность
  • Для чего я просыпаюсь каждое утро. Это не имеет перевода и не укладывается в наше «цель жизни», но наиболее близкое.
  • Братство. Это не имеет перевода,

 Как они тасуют фишки?

 Начнем с последней

 Фишка Икигай — повод подняться утром с постели. Даже у 105-й леди есть свой икигай — ее сила, тонус и высокий интерес к жизни. Одни встают, чтобы марафоны бегать, другие — чтобы праправнуков нянчить, а кем-то движет ответственность и гордость за то, что он или она самый старший в роду или в деревне. Она стала гордостью и нашей семьи, и всей деревни и теперь чувствует, что должна жить дальше, хотя часто сильно устает».

Фишка «Стресс здесь не живет». Например, сезонные разрушительные ураганы для окинавцев — сущий пустяк: «Ну и что! Ведь и раньше так было!» — их неизменная реакция. Не говоря уже о частых землетересениях.

Жизнь здесь течет куда спокойнее, чем где быто ни было. Чтобы продлить жизнь, сюда бегут японские дауншифтеры. Престарелые окинавцы, по его словам, живут с ощущением того, что в их жизни есть смысл, и это, возможно, предотвращает стрессы и развитие таких заболеваний, как гипертония.

Фишка «Моя медицинская еда». В диалекте существует принцип питания «гасаи» — еда как лекарство. Для окинавцев «хорошо» поесть не значит отведать каких-либо деликатесов, а съесть именно тот традиционный набор продуктов, который, как они считают, максимально полезен для организма. Принцип этот зародился еще в глубокой древности, когда уровень медицины был настолько низок, что только потребляемая пища могла помочь предотвратить болезни и увеличить жизненную активность. Пять главных участников окинавской трапезы: горькая дыня – гойя, соевый творог тофу, лапша соба, сладкий картофель имо и приготовленная особым образом свинина. Главные блюда – чампуру – обжаренная на раскаленной сковородке смесь овощей, тофу и все той же свинины и толстая, в отличии от токийской, лапша соба с обязательным куском копченого бекона. Другим фактором долголетия может быть диета, в которой очень мало жиров. «В трапезе, состоящей из полной тарелки овощей (выращенных здесь же), соевого творога тофу, супа мисо и небольшой порции рыбы или мяса, меньше калорий, чем в самом маленьком гамбургере, — говорит коллега Вилкокса Макото Судзуки. — Кроме того, там гораздо больше полезных веществ». Вдобавок, многие окинавцы, родившиеся до Второй мировой войны, никогда не были склонны к перееданию. Они до сих пор придерживаются конфуцианского правила «Хара хати бу»: «Ешь, пока твой желудок не наполнится на восемьдесят процентов». Огими сладкий картофель, он составлял основу любого блюда.
Однако ее ежедневные привычки, освященные традициями, не изменились: утренняя молитва, чай в компании подруг, семейный обед, послеобеденный сон, час общения с подругами на закате, а перед тем, как отойти ко сну, — чашечка саке, настоянной на полыни. «Это помогает мне заснуть» — объясняет она.
Рацион окинавцев в разы питательнее, чем наш. В их диалекте есть слово «кусуимун», переводится как «медицинская еда». Доминируют: водоросли и соя. Очень популярен горький пупырчатый кабачок гоя (у нас больше известный как момордика), который во время готовки теряет горечь, но сохраняет массу полезных веществ. По словам окинавцев — «он лечит все!». Вяленые кальмары. Оладьи из местного сладкого картофеля имо. Имо — это альфа и омега окинавской кухни, основной источник углеводов. Сахар только тростниковый и в чрезвычайно небольших количествах. Традиционная закуска  — сукугарасу — кусочек тофу с соленым мальком пестряка. Суп с рыбным фаршем и вермишелью. Мороженое из картофеля имо — полезная сладость

Типичный ужин: суп мисо, моченые коренья, редька, вермишель соба, водоросли модзуку и т.д.

Никогда не найдете: молочные продукты. Мясо в виде исключения только по великим праздникам, чаще рыба. Две трети калорий местные жители получают из углеводов, а углеводы до недавнего времени — в основном из имо с его низким гликемическим индексом. Белки — самая малость.

Из-за стола выходят с легким ощущение «можно было-бы еще…» — идеальная современная рекомендация врачей. А ведь на Окинаве этой культуре умеренности массу лет!

Ученые отмечают: если снизить на треть число калорий, то жизнь можно удлинить почти на столько же. Идея не новая, но окинавцы — ее доказательство!

Фишка «юимару». Означает добросердечное и дружеское совместное действо. Если понаблюдать со стороны на юимару, среднестатистическому европейцу покажется что он умер и попал на небеса.

На Окинаве царит абсолютная атмосфера взаимопомощи и любви, которая генерирует поток силы для радости жизни в преклонном возрасте. Например, для окинавцев всех возрастов, в том числе и преклонного — очень уважительная причина пойти на школьный стадион поболеть за чужих детей на соревнованиях. Далее, каждый окинавец вносит небольшой взнос в муниципалитет на общие дела. Это могут быть танцы, занятия по икебане, дизайну, фотографии и т.п. Третий возраст  позволяет попробовать много интересного. А еще здесь есть «моаи» — регулярные сходки-посиделки в кругу друзей и соседей, чтобы порадовать друг друга, утешить или разделить проблему. Каждый приносит немного денег. Сегодня, например, кому-то нужен новый холодильник, а на следующем «моаи» определят другого получателя такой помощи и так по кругу. При этом помогающие радуются не меньше, чем те, кому помогают.

Окинавские пляжи радикально отличаются от турецких, египетских или среднеземноморских, а уж маямских и подавно.  Никаких лежаков, прибрежных ресторанов и прочей инфраструктуры цивилизованного отдыха. Люди приходит к морю только для того чтобы отдохнуть душой и пообщаться с природой.

И да, «третий возраст» здесь имеет свои непременные романтические истории. Никого не удивит, если 95 летняя бабушка, повздорив со своими домочадцами, сбежит в соседний город к своему другу. Или зачастит в  парфюмерный магазин поизучать новинки. Так что же это за такая таинственная программа биологических часов заложена в здешних жителях? Лишь за пару лет до кончины окинацы-долгожители в ускоренном порядке проходят через этапы старения с их неприглядными сторонами.

Любопытно!

Если вы еще не устали, фото наших героев. «Парни» любящие риски!

Руперт Мердок (85 лет) и Джерри Холл (60 лет). (Фото 2016 года). Джерри — бывшая модель и гражданская жена Микки Джагера, мама четырех взрослых детей. Примечательно, что Руперт предпочел старшую Холл младшей экс-жене Венди Денг (47 лет).

 

Рей Курцвел. Масштаб его личности зашкаливает. Можно сказать — человек-титан. Смотрит и предсказывает будущее с научной точки зрения. Признается, что до 35 лет игнорировал здоровье, пока не узнал, что нездоровым образом жизни спровоцировал диабета 2-го типа. С того времени придерживается определенного образа жизни, включая питание. Его подход — очень агрессивная атака синтетических препаратов. Раньше Курцвейл каждый день принимал 250 добавок, от восьми до десяти чашек алкальной минеральной воды, десять чашек зеленого чая и несколько бокалов красного вина в неделю, чтобы перепрограммировать свою биохимию. Позднее одумался, пересмотрел свои взгляды и сократил количество таблеток до 150. С юности счастливо и глубоко женат на большой умнице Соне Фостер — докторе по психологии в Гарвардской медицинской школе. У них двое взрослый сыновей.